Знакомимся с нашим первым соперником на ЧМ-2021. Матч Россия – Чехия закрывает ЧХИ Сегодня хоккей на ТВ и в сети Интернет

«Рядом со мной стоял стул. Я его поднял и треснул Брагина по башке». Тренер, который должен был сделать «Спартак» чемпионом, но не успел

Черенков тяжело дошел до кресла, сел, глядя на гостей недоверчивым взглядом. На хоккее его не видели много лет, а добровольное затворничество порождает слухи о смерти. «Жив ли Черенков?» – часто спрашивали меня игроки и болельщики, пока я писал книгу «Кристальные люди». Жив.

«Тихонов иногда звонит, зовет выбраться на хоккей, но куда мне сейчас – хожу с трудом, остеохондроз, шея не поворачивается, позвоночник разрушился», – объяснял он. Несколько инфарктов, инсультов, операций – добавлю я от себя. «Последний раз с Тихоновым виделись, я его спрашиваю: Витя, почему ты не пишешь книги? А он мне говорит: книги надо писать, когда все соперники умерли. И смеется».

Когда в 2012 году мы с Николаем Карповичем (на тот момент директором по развитию ВХЛ) приехали к Черенкову в его подмосковный дом, Виктор Васильевич Тихонов был еще жив.

Мы беседовали уже больше часа, стало прохладно, Роберт Дмитриевич накинул на плечи олимпийку и пересел из кресла на более удобный, видимо, для него диван. Вдруг один из наших вопросов ему не понравился. Он грозно зыркнул, и я непроизвольно склонил голову – так начинающий хоккеист прячет виноватый взгляд, когда главный тренер распекает его за глупую ошибку. Именно таким я и помнил Черенкова с детства – взрывным, энергичным; тогда глаза опускали даже заслуженные лидеры «Кристалла». Энергии у Черенкова и спустя 30 лет хоть отбавляй. Но отбавлять не надо, конечно. Черпать, слушать и запоминать.


Середина 1970-х. Роберт Дмитриевич Черенков на скамейке саратовского «Кристалла»

UPD-2021. Моя книга об истории саратовского (и советского) хоккея «Кристальные люди» вышла ровно три года назад, в мае. Я успел ее подарить Роберту Дмитриевичу: 18 июля 2018 года он умер.

Пора на смену

Летом 1974-го после победного чемпионата мира в Хельсинки из сборной СССР неожиданно уволили Всеволода Боброва. Кто говорил – за поражение в одном матче от чехословаков, кто – за крепкое словцо, сказанное кому-то из чиновников на банкете. В любом случае неуступчивый, своенравный Бобров, умеющий и побеждать, и хорошо, слишком хорошо отмечать победы, спортивным чиновникам надоел. Ему был уже 51 год, в стране шла девятая пятилетка, стареющего тренера выпихивали в «легенды», в заслуженное и почетное прошлое. Обиженный Бобров ушел из хоккея навсегда.

Тем же летом покинул ЦСКА вечный бобровский оппонент Анатолий Тарасов (ему еще не исполнилось 56). Его ЦСКА занял второе место в чемпионате-1973/74, уступив золото «Крыльям Советов» – молодой команде, собранной Борисом Кулагиным, учеником и бывшим помощником Тарасова. Примерно через полгода, справив свой 60-летний юбилей, уйдет и бессменный, с 1946 года, тренер московского «Динамо» Аркадий Чернышев. Родоначальники советского хоккея, первое поколение тренеров, уходили, как и пришли когда-то в «канадский хоккей», вместе.

Уже погиб Евгений Бабич, уже не работал тренером Александр Новокрещенов, через пару лет покинет созданный им воскресенский «Химик» 56-летний Николай Эпштейн, а Владимира Кузьмича Егорова, одного из троих, наряду с Чернышевым и Тарасовым, кто создавал в начале 1950-х сборную СССР, давно уже не звали тренировать команды высшей лиги. В 1974-м – он глубокий старик, ему 63.

Для сравнения: Олег Знарок выиграл Олимпиаду в корейском Пхенчхане в 55 лет, Владимир Крикунов вывел московское «Динамо» в плей-офф последнего сезона КХЛ почти в 71.

То, что из XXI века выглядит резкой сменой тренерских поколений (а заодно эйджизмом), летом 1974-го не вызвало паники у хоккейного начальства. Во-первых, взошла звезда Бориса Кулагина, и, как тогда казалось, надолго. А во-вторых, советская плановая экономика работала и в спорте. Готовясь к уходу «стариков», хоккейное руководство загодя обкатывало тренерскую молодежь. Вторую сборную страны еще в 1972 году возглавил амбициозный (ему и первую сразу подавай) 34-летний Борис Майоров. А его помощником стал 42-летний Виктор Тихонов, тренер рижского «Динамо», команды из первой лиги чемпионата СССР.

В том же 1974-м произошло еще два события, казавшихся тогда рядовыми. Борис Майоров уехал в «Йокерит» развивать слабый финский хоккей, и вторая сборная перешла в полное попечение Виктора Тихонова. А первую лигу выиграл саратовский «Кристалл» 37-летнего Роберта Черенкова, коренного москвича и давнего товарища Тихонова: оба – бывшие защитники, играли в одной паре у Чернышева в московском «Динамо».


Сезон-1960/61. Протокол матча «Динамо» (Новосибирск) – «Динамо» (Москва)

В свой первый же сезон в высшей лиге «Кристалл» разгромил кулагинские «Крылья Советов» 7:1, отобрал три очка у московского «Спартака» (победа 4:2 и ничья 7:7). На Черенкова обратили внимание.

К лету 1977-го, когда тренерское трио Борис Кулагин – Константин Локтев – Владимир Юрзинов проиграло два чемпионата мира подряд, в запасе у федерации была еще одна тройка, уже отработавшая вместе в 1976-м первый в истории Кубок Канады: Тихонов – Майоров – Черенков. В 1977 году Тихонов заменил в ЦСКА Локтева и принял вместо Кулагина первую сборную, а Черенкову доверили «Спартак». Не спартаковской легенде Майорову, а Черенкову, который вырос в ЦСКА у Тарасова, а играл за «Динамо» Чернышева.

Замечу, что в том же году футбольный «Спартак» начал тренировать еще один чужеклубец – Константин Бесков.


Тренировка перед Кубком Канады-1976. Александр Мальцев, Роберт Черенков, Борис Майоров

На рижском взморье

«Тихонова-то в Ригу я рекомендовал, – рассказывал нам в 2012-м Роберт Дмитриевич. – В 1968-м ко мне в Саратов приехал председатель Латвийской федерации хоккея, не помню его фамилию, и предложил стать главным тренером «Динамо». (В сезоне-1967/68 рижское «Динамо» заняло во второй группе последнее, 12-е место, набрав всего 15 очков в 44 матчах. «Энергия» Черенкова в том чем­пио­нате была седьмой. – Прим. Ст. Г.) Я ему отказал. В Саратове я уже обжился, команда шла в рост, зачем мне было что-то менять? Тогда, говорит, посоветуйте кого-нибудь. Я и посоветовал: если хотите быстрого результата, то берите Дмитрия Николаевича Богинова, но учтите, что потом будет провал (Богинов – заслуженный тренер РСФСР, приведший в 1961 году горьковское «Торпедо» к серебряным медалям чемпионата страны. Летом 1968-го он был уволен из киевского «Динамо» и остался без работы. – Прим. Ст. Г.), но если вам нужна работа на долгосрочную перспективу, то лучше возьмите Тихонова. Он тогда в московском «Динамо» вторым тренером у Аркадия Ивановича Чернышева был. Вот так, получается, я и дал толчок карьере Тихонова. А скажи я тогда «Богинов», кто знает, что бы дальше было».

Тихонову потребовалось всего два сезона, чтобы поднять рижское «Динамо» со дна самого слабого по силе советского хоккейного дивизиона до первой лиги. «Кристалл» Черенкова шел на шаг впереди и уже боролся к тому моменту за выход в высшую – лигу сильнейших. В сезоне-1970/71 тренер Черенков и тренер Тихонов впервые встретились в очном противостоянии: рижское «Динамо» стало третьим в первой лиге, опередив на одно место и три очка саратовский «Кристалл».


Сезон-1970/71. Страница из книги «Кристальные люди»

«Когда Тихонов принял Ригу, мы с ним договорились, что не таскаем друг у друга игроков. А тут стою я в Саратове на остановке (машины своей еще не было) и вижу, как Витя идет по улице и разговаривает с Верижниковым – был у меня такой нападающий. Был да сплыл – в Ригу. То есть приехал Тихонов втихую в Саратов и даже меня не предупредил». (Виктор Алексеевич Верижников до сих пор живет в Риге, где успешно занимается бизнесом).

Черенков и Тихонов продолжали общаться семьями, «Кристалл» и «Динамо» с начала 1970-х проводили предсезонные летние сборы в Латвии, поблизости друг от друга, что не мешало тренерам ревниво соперничать, а Тихонову – уводить к себе в команду лидеров «Кристалла». Так в Ригу перебрались Владимир Крикунов (его, уже довольно возрастного защитника, Черенков вытащил из второй лиги, из Кирово-Чепецка, и довел до уровня второй сборной страны), защитник Михаил Бескашнов, нападающий Анатолий Емельяненко – один из первых коренных саратовцев в «Кристалле».

История перехода Емельяненко, впрочем, хорошо показывает, что взаимная ревность у Тихонова и Черенкова всегда соседствовала со взаимопомощью. На Емельяненко пришел в Саратов приказ из министерства обороны, его забирали в армию в систему ЦСКА, но Роберт Дмитриевич созвонился с Тихоновым, тот включил свои связи в МВД, и Емельяненко пошел служить в рижское «Динамо». (Анатолий Иванович Емельяненко до сих пор живет в Риге; в «Динамо» он крепко сдружился с Хельмутом Балдерисом и после окончания игровой карьеры много лет работал на разных постах в латвийском хоккее).

Спустя пять лет, когда Владислав Третьяк получил нелепую травму в Горьком, и ЦСКА остался по ходу чемпионата с единственным вратарем, молодым Александром Тыжных, Тихонов позвонил Черенкову: «Выручай». Ижевская «Ижсталь», которую в то время тренировал Роберт Дмитриевич, боролась за выход в высшую лигу, но Черенков поддержал старого товарища и отправил в ЦСКА своего самого перспективного вратаря Дмитрия Курошина.

«Интересные у нас были отношения с Тихоновым, очень интересные, но, пока мы оба живы (разговор, напомню, состоялся в 2012 году, когда оба еще были живы. – Прим. Ст. Г.), не буду придавать их полной огласке. Завещаю своим сыновьям рассказать – но потом».


Сезон-1980/81. Первая тройка рижского «Динамо»: Хельмут Балдерис, Анатолий Антипов, Анатолий Емельяненко. Фото: МИА «РОССИЯ СЕГОДНЯ» / Сергей Гунеев

Победа республиканцев

«Кристаллу» Черенкова больше ни разу не удалось опередить в таблице «Динамо» Тихонова, и в личных встречах рижане побеждали гораздо чаще, но это преимущество вовсе не обязательно называть тренерским. Столичный республиканский статус Риги позволял не только создавать образцовые условия для команды, но и сохранять состав в неприкосновенности – ни «Спартаку» с московским «Динамо», ни даже ЦСКА не удавалось забирать у Тихонова игроков. «Кристалл» же терял в каждое межсезонье то трех, то четырех своих лидеров, иногда и больше, и Черенкову по новому кругу приходилось объезжать все молодежные и юношеские турниры, чтобы выискивать, запоминать талантливых ребят, которые могут по каким-то причинам не заиграть в основе московских команд.

Особенно он любил цеэсковцев. «Тарасов очень много времени уделял школе, из каждого выпуска в ЦСКА попадали один-два человека, а из остальных можно было выбирать практически любого для усиления «Кристалла», – рассказывал Роберт Дмитриевич.

Так, к примеру, Черенков еще с юношей вел нападающего Александра Баринева. Первая тройка того армейского выпуска Юрий Лебедев – Вячеслав Анисин – Александр Бодунов вслед за Борисом Павловичем Кулагиным уйдет из ЦСКА в «Крылья Советов», сыграет за сборную на Суперсерии-1972, станет двукратными чемпионами мира и основой чемпионского состава «Крыльев»-1974 (этих ребят Черенков, конечно, тоже не пропустил, звал юного Анисина в Саратов еще в конце 1960-х). Баринев же, не попав в ЦСКА, отправился в воскресенский «Химик» Николая Семеновича Эпштейна.

«Ну какой армейцу – и «Химик»! – возмущался Черенков. – Тарасов называл хоккей Эпштейна антихоккеем – и сами не играют, и другим не дают. А хоккей – это же зрелище, он для людей придуман. Цеэсковских нападающих с детства приучали к другой игре – скоростной, атакующей. Вот и мне такие нападающие всегда были по душе».

Помучившись в «Химике», Баринев принял приглашение Черенкова и приехал в «Кристалл», где стал одним из лучших бомбардиров, а через три сезона окрепшим ушел в московский «Спартак». Александр Михайлович Баринев, чемпион СССР 1976 года, сейчас значится в Зале хоккейной славы «Спартака».

И что еще важно помнить: приезд Тихонова в Ригу совпал с появлением в команде 16-летнего Хельмута Балдериса.


Лето 1976 года. Виктор Тихонов и Роберт Черенков во время подготовки сборной СССР к Кубку Канады

Наука и жизнь

Тихонов и Черенков сошлись еще в одном новшестве 1970-х: оба были приверженцами строгого научного подхода к тренировочному процессу. Вратарь Дмитрий Курошин рассказывал: «Роберт Дмитриевич – тренер-новатор, специалист высочайшего класса. Он уже в то время кандидатскую писал по вопросам подготовки спортсменов. Находился в постоянном поиске, активно использовал научные достижения, применял в работе самые передовые методы. Это касается и тренировочного процесса, и организации быта игроков. Вот картина перед глазами: лето, Прибалтика, сборы «Кристалла», нападающий Анатолий Емельяненко бежит кросс; на груди у него специальный аппарат с множеством датчиков, сзади – рация, передающая сведения о пульсе, других параметрах. Тренеры ловили нужную радиоволну, принимали сигнал, считывали данные».

«Футбол-Хоккей», самое авторитетное спортивное издание той поры, внимательно следил за работой Тихонова в Риге и Черенкова в Саратове. Похвала рациональности, «вдумчивому подходу» часто раздавалась с его страниц, не только от журналистов, но и от тренеров-ветеранов, научных работников спорткомитета.

В своей книге (до сих пор не опубликованной) Роберт Дмитриевич писал: «Я использовал в работе опыт Чернышева и Тарасова, отец заставлял меня записывать их тренировки, определять основные направления; знал, как вообще строить тренировочный процесс, составлять годовой цикл, изучал научную литературу, у меня были и вузовские знания. При этом много анализировал, делал обобщения, выводы. И, естественно, определился. Я называю себя приверженцем тарасовской школы, не копировщиком, а именно приверженцем, ибо его система наиболее прогрессивная. Это большие нагрузки, большой спрос, а при этом создание условий для хоккеистов. Я старался объединить, так сказать, три ключевых момента: первое – дисциплина, второе – высокая отдача в тренировках и играх, третье – хорошие финансовые возможности, способствующие достойной жизни».

Черенков одним из первых в стране ввел специальные тренировки для вратарей. Тот же Курошин воспоминал: «Приглашался специалист из большого тенниса, я брал перчатки – и шла техническая работа: ловушка, блин. Но при этом и общекомандные занятия – в полном объеме. И кроссы, и «железо». Ничего удивительного. Вратарь обязан быть быстрым, а скорость – это сила».


Сезон-1972/73. Роберт Черенков (справа) и хоккеисты «Кристалла» Виктор Викторов и Виктор Садомов

Отец

Когда началась война, Черенкову было четыре года. «Я родился в рабочей семье, папа и мама работали водителями, в 1941 году одновременно ушли на фронт, в ополчение. И больше я их не видел. Знаю только, что погибли... Жил с бабушкой Еленой Дмитриевной в коммунальной квартире старого дома на Большой Почтовой улице в Москве, в одной комнате вместе с маминой родной сестрой Марией Ивановной и ее мужем Павлом Александровичем Савостьяновым. Они и стали моими приемными родителями».

«Отец заставлял меня записывать тренировки Чернышева и Тарасова», – это про Савостья­нова.

Павел Александрович был из тех довоенных спортсменов, которые достигли серьезных высот сразу в трех видах: он трехкратный чемпион СССР по хоккею с мячом, двукратный чемпион Москвы в конькобежном спорте, чемпион СССР 1923 года по футболу в составе сборной Москвы. Становился и трехкратным чемпионом Москвы по футболу – в те годы, когда союзное первенство не проводилось.

После войны Савостьянов стал одним из тех, кто заложил основы «канадского хоккея» в стране, – тренер, преподаватель и, позже, заведующий кафедрой хоккея в ГЦОЛИФКе, один из первых в СССР хоккейных арбитров международной категории. Он умер в августе 1974-го, когда «Кристалл» его сына готовился дебютировать в высшей лиге.

«Безусловно, всем, чего я достиг, обязан Павлу Александровичу, у меня был перед глазами великий пример человека с большой буквы. Он не курил, не знал, что такое спиртное, по характеру был на редкость добрым и отзывчивым, не давил, как сейчас принято говорить, авторитетом. Я не просто слушал его, а впитывал и запоминал все сказанное. Никогда не слышал, чтобы он выражал недовольство по какому-то случаю. Отец ничего не делал в приказном порядке. Я искренне хотел быть похожим на него. Сначала я просто смотрел, как играют мастера. Потом сам потихоньку начал спортом заниматься».

Один из студентов Савостьянова, сам ставший впоследствии хоккейным педагогом, Юрий Семенович Митин рассказывал мне: «Человека такой высокой культуры, как Савостьянов, я, наверное, и не встречал в спорте больше никогда. Образованный, сдержанный, он никогда не повышал голос, от него невозможно было услышать резкое слово. К игрокам обращался по имени, а не по фамилии, как тогда было часто принято. Не знаю как, не знаю почему, но до того, как прий­ти к нам в институт, Савостьянов жил и работал в Швейцарии, откуда привез много современных разработок. Представьте, всего пять лет как сборная СССР играла с любительскими командами из Канады – а мы, студенты, смотрели в кинозале, как играют команды НХЛ!» (Эти записи Савостьянов смог получить, скорее всего, не живя в Швейцарии, а работая судьей на чемпионатах мира и будучи членом президиума секции футбола и хоккея Спорткомитета СССР).

Савостьянов начал заниматься футболом еще до революции в ОЛЛС (будущем ЦСКА). Черенков начал заниматься хоккеем в армейской команде, которая тогда называлась ЦДСА. В 1929-м Савостьянов перешел в московское «Динамо». Спустя почти 30 лет начинающий защитник 21-летний Роберт Черенков, окончив ГЦОЛИФК и отыграв в классе «А» (группе сильнейших команд страны) за студенческий «Буревестник», получил приглашение Аркадия Чернышева перейти в «Динамо».

В те годы команды играли чаще всего в пять защитников. Чернышев свел Черенкова в одну пару с куда более опытным (старше на семь лет) Виктором Тихоновым.


Начало 1960-х. Виктор Тихонов (слева) и Роберт Черенков (в центре) – защитники московского «Динамо»

«Играть в паре с Тихоновым мне было комфортно, Виктор считался опытным защитником достаточно высокого уровня. Он был кандидатом в национальную команду СССР, но сыграть на Олимпиадах и чемпионатах мира ему не удалось. А вот за сборную Тихонов выступал регулярно. Хоккеистом он был грамотным, с хорошим катанием, с пониманием игры, технически оснащенный, крепкий, такой плотный защитник, как говорится, силовичок, но никогда не дрался», – вспоминал Черенков.

В первые два сезона при Черенкове «Динамо» завоевывало серебряные медали, а на третий заняло седьмое место. Той весной 1961 года общее недовольство выступлением команды совпало с болезнью – у Черенкова обнаружили врожденный порок сердца. В 24 года он лишился возможности играть в хоккей на серьезном уровне и пошел работать в школу учителем физкультуры. К этому моменту он был уже женат на Ларисе Геннадьевне, выпускнице ГЦОЛИФКа, родом из Саратова, занимавшейся конькобежным и велоспортом. А летом 1961-го у них родился первый сын – Дмитрий. Он продолжит семейную традицию, станет хоккейным педагогом и будет заведовать хоккейной кафедрой в ГЦОЛИФКе. Как и Павел Александрович Савостьянов, как и отец, Роберт Дмитриевич.

В «Спартаке»

В «Спартак», правда футбольный, Роберт Черенков впервые попал в 15 лет, когда тренер спартаковской молодежки Константин Матвеевич Рязанцев уговаривал его оставить хоккей и привлек к тренировкам дубля.

«Так я на короткий срок оказался в спартаковской команде мастеров, сыграл пару матчей за резервный состав. Вот говорят, что у каждого клуба есть свое лицо, свой фирменный стиль. Это справедливо. Я почувствовал, что такое спартаковский дух, находясь рядом с выдающимися игроками – Никитой Симоняном, Игорем Нетто, Анатолием Ильиным, Николаем Дементьевым... Они и почти все другие спартаковцы были на редкость самоотверженными людьми, преданными клубу».

Тогда Черенков выбрал хоккей и ЦДСА. В июне 1977 года выбора ему не оставили. Он сидел дома, в Саратове, и работал над кандидатской диссертацией, когда ему позвонил Вячеслав Иванович Колосков: «Роберт Дмитриевич, завтра вам надо быть в Москве, самолет в 6:15 утра, вас будет ждать черная «Волга».

«Сказано все было вежливо, но по тону я понял, что обсуждать нечего, вызывают в приказном порядке. Вышел я из самолета в Быково (в середине 1970-х саратовские рейсы прибывали в этот аэропорт. – Прим. Ст. Г.), стоит черная «Волга», водитель молчаливый, куда везут – не знаю, – рассказывал Черенков. – Приезжаем на Старую площадь, в московский городской комитет партии, у входа довольная большая группа спортивных руководителей, в том числе и спартаковских. Я примерно начинаю понимать, в чем дело: думаю, сейчас будут предлагать работу в «Спартаке» – тогда такой вопрос только на высшем партийном уровне решался. Входим в здание, нас провожают в огромный, наверное с футбольное поле, кабинет первого секретаря МГК КПСС Виктора Васильевича Гришина. Он предлагает мне сесть рядом с собой и без всяких предисловий говорит: «Роберт Дмитриевич, есть решение назначить вас старшим тренером хоккейной команды «Спартак». Ясно, что в подобных случаях не принято задавать вопросы, но я все-таки позволил себе сказать, что не так все просто, надо детали обсудить. Я только рот раскрыл, а он: «Вот решайте с товарищами».

«Кристальные люди». Справка. Чемпионский «Спартак» Николая Ивановича Карпова, завоевавший в 1976-м золотые медали, развалился за год. В следующем чемпионате спартаковцы заняли только 6-е место из 10. Команда старела, резко сдал основной вратарь последних полутора десятков лет 35-летний Виктор Зингер, ушел из хоккея Александр Мартынюк, а прочим лидерам было уже либо под 30, либо за 30 – в «Спартаке» начиналась смена поколений.


Воспитанник ЦСКА Александр Баринев перешел в московский «Спартак» из саратовского «Кристалла» и сразу же стал чемпионом СССР

«Я отдавал себе отчет в том, что команда нуждается в комплектовании, знал о сложностях материально-технической базы – «Спартак» даже в экипировке от многих отставал, даже от нашего «Кристалла». Наконец, мне было известно, что в «Спартаке» царит довольно демократичная обстановка, игрокам живется вольготно, с дисциплиной имеются проблемы и так далее. Поэтому сразу решил все точки над i расставить», – вспоминал Черенков.

На той первой встрече, прошедшей в кабинете начальника одного из отделов горкома партии Альберта Михайловича Роганова, он изложил трехлетний план работы: «Понимаете, говорю, у меня подход к тренировочному процессу, дисциплине довольно жесткий. Это игрокам точно не понравится. У меня с ними через месяц конфликт возникнет. Идти на компромиссы не собираюсь, поскольку имею свои методы подготовки, тренировочные нагрузки четко определены. Все проверено на практике, поэтому ничего ломать не собираюсь.

Мне тогда задали вопрос: почему именно через месяц этот конфликт должен возникнуть? Отвечаю: дело в том, что первый месяц подготовки – самый сложный, закладывается фундамент, тут самые большие нагрузки, три, а то и четыре тренировки в день. Лучшие спартаковские игроки – Владимир Шадрин, Александр Якушев – не привыкли работать с такой нагрузкой. Естественно, начнутся разговоры. К вам начнут ходить жаловаться на меня».

Первый сезон, объяснял Черенков, будет переходным, медалей не ждите. На второй мы возьмем минимум бронзу, на третий обыграем ЦСКА и станем чемпионами. Но только при том условии, что вы меня как горком поддержите, а нет – ничего не выйдет.

Черенков понимал, что Тихонов, возглавивший тем же летом ЦСКА и сборную СССР по личному приглашению председателя КГБ Андропова, получил карт-бланш от руководства, чем воспользуется по полной. С собой из Риги Тихонов привез в Москву Хельмута Балдериса, лучшего хоккеиста страны 1977 года. Из «Крыльев Советов» забрали Сергея Капустина (таким образом Тихонов собрал в ЦСКА вторую, после петровской, тройку национальной команды Балдерис – Жлуктов – Капустин). Еще одним новичком ЦСКА стал челябинец Сергей Бабинов, защитник из сборной, олимпийский чемпион. А еще через год в составе ЦСКА появятся молодой перспективный защитник Алексей Касатонов из ленинградского СКА и лидер атак челябинского «Трактора» Сергей Макаров.

Ответить аналогичным по мощи призывом Черенков просто не мог. Ресурсы «Спартака» были несопоставимы с армейскими, а своя школа давно не выдавала супер­талантов.

Вторым тренером «Спартака» Черенков позвал Анатолия Ватутина из «Дизелиста» (они вместе играли еще за студенческий «Буревестник» в конце 1950-х), вслед за ним в Москву переехал юный пензенец Александр Кожевников. Тоже из первой лиги, из новосибирской «Сибири», перешел 24-летний вратарь Виктор Дорощенко, который на ближайшее десятилетие станет первым номером «Спартака». Из высшей лиги Черенков получит только двух нападающих: Сергея Подгорцева из «Химика» и Валерия Евстифеева из «Трактора». Главной трансферной удачей должен был стать нападающий Владимир Ковин, в скором будущем игрок сборной, но он по ходу предсезонной подготовки вернулся домой, в горьковское «Торпедо».

Зная хоккей Тихонова, его методики и силу его состава, Черенков понимал, что без ломки привычных спартаковских стереотипов и без отменной физической подготовки ЦСКА не обыграть никогда. И все пошло ровно по тому сценарию, который он изложил в горкомовском кабинете. Не учел он только того, что, в отличие от ЦСКА и даже от «Кристалла», где все вопросы решались напрямую с первым секретарем обкома Шибаевым и директором завода Умновым, у «Спартака» было семь курирующих организаций, а сопротивление лидеров, прежде всего Александра Якушева, оказалось очень сильным.

Уже через месяц первых тренировок и Якушев, и Шадрин начали жаловаться на повышенные нагрузки – и в ВЦСПС, и в прессе через знакомых журналистов, болельщиков «Спартака». Черенков в глазах легендарного Якушева был чужаком, провинциалом, который почему-то учит его заново побеждать ЦСКА.

«Кристальные люди». Справка. Напомню слова Виктора Васильевича Тихонова, которые уже цитировал в этой книге: «Свободные сборы привели к краху «Спартака». Щадящий режим наносит вред команде. Не хотят много тренироваться. Устают шнуровать ботинки!»

 

1977 год. Афиша выступления в клубе Бориса Майорова и молодого журналиста Леонида Трахтенберга

В сезоне-1977/78 «Спартак», перед которым ставилась задача войти в пятерку, занял только восьмое место. Тихоновский ЦСКА выиграл чемпионат с подавляющим отрывом от московского «Динамо». Тем не менее, писал в своей книге Черенков, «Спартак» был конкурентоспособен. «В течение всего чемпионата мы вели борьбу за место в пятерке, от «Химика», ставшего пятым, отстали всего на три очка, на два от рижского «Динамо», набрали по 32 очка с горьковским «Торпедо», но по соотношению шайб в очных матчах оказались ниже, на восьмом месте. Думаю, нам не хватило устойчивости, все-таки сам процесс командной работы усложнился. (К тому же получил тяжелую травму и пропустил почти половину сезона Владимир Шадрин – так Черенков лишился не только поддержки своего первого звена, но и самого звена. – Прим. Ст. Г.) Был, например, отрезок, когда мы сначала обыграли московское «Динамо» – 8:2, чего никто не ожидал, затем в Риге свели матч вничью – 4:4, а в следующей встрече не оставили шансов ЦСКА – 4:1. И это расценили не как сенсацию, говорили: «Спартак» свою игру поймал. Мы шли к этой игре, но я тогда считал, что хвалить спартаковцев рано. Я делал ставку на второй сезон».

Ко второму сезону Черенков вернул в «Спартак» 33-летнего защитника Юрия Ляпкина (из воскресенского «Химика»), 32-летнего нападающего Аркадия Рудакова (из свердловского «Автомобилиста») и 38-летнего Вячеслава Старшинова (из Японии). Новичком команды стал нападающий ташкентского «Бинокора» Ринат Баймухаметов. (А в тихоновский ЦСКА перешли Сергей Макаров из Челябинска, Алексей Касатонов из Ленинграда, кроме того к основному составу был подключен юный Владимир Крутов).

Первые шесть матчей «Спартак» провел как в шторме. Уверенные победы (7:0 над киевским «Соколом») сменялись провалами (3:9 в Челябинске). К седьмому туру, когда «Спартак» должен был встретиться с не знающим поражений тихоновским ЦСКА, команда Черенкова занимала лишь шестое место.

29 сентября в спортивном дворце ЦСКА первый период начался с катастрофы: армейцы его выиграли со счетом 5:1. Потом случилось чудо. В середине второго периода центрфорвард четвертого звена Аркадий Рудаков забрасывает две шайбы в течение минуты, а вскоре его поддерживает и Виктор Шалимов – 5:4. В начале третьего периода Ринат Баймухаметов, приставленный Черенковым «грызть Фетисова», выводит того из себя. Фетисов получает две минуты, а спартаковский защитник Александр Куликов сравнивает счет – 5:5. А через минуту еще один защитник, Василий Спиридонов, приносит «Спартаку» волевую победу.

В ноябре «Спартак» вышел на третье место в турнирной таблице, которое уже не уступит до конца сезона. Правда, журналист Леонид Трахтенберг продолжал писать в «Футболе-Хоккее» (под псевдонимом Т. Леонидов) про утерю спартаковского стиля, духа и традиций. 

«Кристальные люди». Справка. Многие спартаковские болельщики тех лет до сих пор считают, что «Черенков развалил команду», противопоставляя ему «Спартак» Бориса Павловича Кулагина, который четыре сезона подряд завоевывал серебряные медали. При этом баланс личных встреч кулагинского «Спартака» с тихоновским ЦСКА был такой: четыре победы, одна ничья, 17 поражений (из них семь – с крупным счетом: 0:7, 1:6, 2:9, 1:7, 0:6, 2:9, 4:10). Черенков за свои полтора сезона полной перестройки команды одержал две победы в шести матчах.

Черенков уже присматривал новичков на третий, по плану – победный сезон (например, договорился о переходе из свердловского «Автомобилиста» Сергея Шепелева, из ленинградского СКА – Николая Дроздецого, двух будущих олимпийских чемпионов и чемпионов мира), когда в команде случился скандал. 14 декабря 1978 года «Спартак» в первой финальной игре Кубка европейских чемпионов сыграл 4:4 с чешским «Польди» из Кладно, после чего был назначен банкет. Там молодой нападающий «Спартака» Валерий Брагин что-то грубое сказал Черенкову, по воспоминаниям Роберта Дмитриевича, даже замахнулся на тренера рукой. «Рядом со мной стоял стул. Я его поднял и треснул Брагина по башке. Самое интересное, что свидетелей у этой сцены не было, только врач Юрий Ворончихин, с которым мы работали вместе еще в «Кристалле». На следующий день была тренировка в манеже института физкультуры. Я построил всю команду, объявил об отчислении Брагина и сказал: или вы мне подчиняетесь и мы вместе идем к чемпионству, или я ухожу. Команда меня поддержала, но решение, видимо, уже было принято».

Уволили не Брагина, а Черенкова. «Спартак» с и. о. тренера Ватутиным так и закончил сезон на третьем месте, а чемпионом не стал до сих пор.

«Кристальные люди». Справка. Заслуженный мастер спорта и двукратный олимпийский чемпион Александр Кожевников крепко запомнил эти полтора сезона: «Дело было не только в высоких нагрузках, даваемых Черенковым. Хотя, на мой взгляд, при всем моем уважении к Роберту Дмитриевичу, нельзя было так резко нагрузить ветеранов, привыкших за десятилетия к совсем иному режиму работы.

А тут еще Черенков попал на смену поколений. Почти одновременно в команде появилась группа молодежи: Евстифеев из Челябинска, Подгорцев из Воскресенска, я, защитник Владимир Зубков (ну, этот был местный, спартаковский), новый вратарь из Новосибирска – Дорощенко. Началась конкуренция, многие игроки не могли найти друг с другом общий язык, у кого-то это вызывало сильную злость, а у других – наплевательство: ну и хрен с ним, пусть сам и играет. А когда сломался Шадрин и Черенков стал вводить меня, зеленого пацана из Пензы, в первую тройку к Шалимову и Якушеву, это тоже вызвало у многих стариков недовольство. Мне, конечно, было очень трудно. Тихонов в это же время насаждал новую дисциплину в ЦСКА, но за ним был авторитет, заработанный в рижском «Динамо», во второй сборной СССР, за ним были высокие партийные покровители, а кто такой для Якушева был Черенков? Амбициозный провинциал из какого-то Саратова. Помню, как Черенков на тренировке голый, ну в смысле без амуниции, под шайбу ложился, учил Якушева смелости. Со всего размаху – и под бросок защитника. Кого – Якушева! Который был лучшим в Суперсерии 1972 года! А тут еще и результата нет, то выигрываем, то проигрываем. Какое могло родиться доверие к новым методикам тренера?

И с ЦСКА невозможно было бороться, это тоже угнетало. Все мы знали, что Тихонов заберет к себе любого хоккеиста, какого только захочет. Что ЦСКА выиграет чемпионат, а остальным выше второго места не подняться. Многие коман­ды просто не играли с ЦСКА, так, покатаются, силы поберегут для следующего матча».


Сезон-1978/79. Постер московского «Спартака»

UPD-2021. Когда в июле 2018-го мы хоронили Роберта Дмитриевича на Ваганьково, проститься с ним приехали ветераны не только из Саратова и Ижевска. Было и руководство ЦСКА. Пришел и Александр Якушев.

В Ижевске

В Саратов Черенкову вернуться не удалось, и он принял летом 1979 года «Ижсталь». Ижевская команда, всего несколько лет назад выбравшаяся из второй лиги в первую, благодаря финансовым вливаниям крупного предприятия черной металлургии, стремительно прибавляла в весе. В сезоне-1978/79 начинающий тренер Игорь Ефимович Дмитриев вывел «Ижсталь» в высшую лигу, после чего вернулся в Москву: его позвал в «Спартак» новый тренер команды Борис Павлович Кулагин. При Черенкове «Ижсталь» стала первой за многие годы провинциальной (не республиканской, не Киев и не Рига) командой, которой удалось, пусть не с первого раза, закрепиться в высшей лиге.

Ижевский историк хоккея Михаил Юрьев вспоминал этот период: «Годы работы Роберта Черенкова в «Ижстали» – апогей в 60-летней истории ижевского клуба, время его наивысших побед. Роберт Дмитриевич, конечно, не был единственным творцом того триумфа, но, безусловно, является одним из главных созидателей и соучастников успеха.

По признанию ветерана «Ижстали» Дмитрия Федина, слово Черенкова для команды было непререкаемым. «Роб Дмитриевич – представитель старой гвардии отечественных тренеров, – с ноткой ностальгии формулирует один из лучших нападающих команды той поры. – Огромным пользовался авторитетом. Он кнут и пряник. Горой стоял за ребят, отстаивал интересы команды. Игроки знали: если работать – значит, работать. А выполнишь задачу – получишь и награду за тяжелый труд, и право на отдых. Уклонистов, кто недорабатывает, не любил. Был строг, мог наказать, но каждому давался шанс на искупление вины. А главное качество Черенкова – незлопамятный, справедливый человек. Как тренер – вообще, считаю, великий. И в тактических аспектах, и в вопросах селекции, и по организаторским способностям. В Ижевске на рубеже 1970-х – 1980-х собралась очень приличная компания мастеров, выступавших под началом самых знаменитых тренеров – Тарасова, Кулагина, Чернышева, Дмитриева, Тихонова, и все игроки признавали Черенкова равным этим величинам».

Воспитанник московского «Спартака» Дмитрий Федин знал Черенкова по одному сезону в «Кристалле». Леонид Гаряев, еще один бывший нападающий, игравший в Саратове в 1960-е, в «Ижстали» при Черенкове работал администратором. Он рассказывал Михаилу Юрьеву в интервью для официального сайта клуба: «А знаешь, как в Ижевске Абрамов с Корниченко (лучшие нападающие «Ижстали» 1980-х. – Прим. Ст. Г.) появились? Черенков их из-под носа ЦСКА с «Динамо» украл. Целую операцию разработал – и вытащил из Кузни. Идея с фирменными клюшками «Ижстали» тоже, разумеется, принадлежала Черенкову. В Мукачево заказывали. Только «Ижсталь» и киевский «Сокол» «персональные» клюшки имели. Большой шик! Появление в Ижевске видео – тоже заслуга Роберта Дмитриевича. Еще не в каждом столичном клубе подобная аппаратура имелась. А у нас в провинции – пожалуйста.

Работалось с ним, конечно, непросто, но интересно. Как-то в день вылета в Москву назначил внезапно незапланированную ледовую тренировку, а у меня уже билеты на самолет для всей команды куплены. Пришлось срочно звонить в аэропорт, просить девчонок, чтоб пассажиров следующего за нашим рейса отправляли ранним бортом. Благо, что между двумя взлетами зазор в 15 минут. Домчались, успели».


Весна 1980 года. На базе «Ижстали». Первый ряд: Мисхат Фахрутдинов, Зинэтула Надыршин, Сергей Меликов, Дмитрий Курошин, Александр Корниченко. Второй ряд: Геннадий Чупин, Игорь Орлов, Александр Орлов, Дмитрий Федин, Анатолий Семенов

Старое поколение болельщиков «Ижстали» до сих пор вспоминает матч, состоявшийся 27 октября 1979 года, против тихоновского ЦСКА. Ижевцы проигрывали 2:4, 3:5, но в последние три минуты вырвали у чемпиона ничью.

Дмитрий Курошин, защищавший ворота «Ижстали» в той игре, рассказывал: «Незабываемый матч. Последние полторы минуты помню смутно, москвичи заперли нас и устроили головокружительную карусель, шквал бросков. Финальная сирена потонула в неистовом гуле ликования».

Самому Черенкову эта ничья запомнилась встречей со старым товарищем. Перед матчем Тихонов подошел к нему: «У тебя здесь, говорят, баня хорошая, пригласишь после игры?»

«А у меня в Ижевске действительно была уникальная, божественная баня, – откровенничал с нами Роберт Дмитриевич. – У нас с Витей тогда непростые были отношения, но раз помирились, старое забыли, то почему бы не пойти попариться, посидеть, поговорить. Алкоголем Тихонов не увлекался совсем, но со мною, хочу заметить, выпивал понемножку. И тут эти 5:5. Ну, я стою у служебного прохода, жду его. Тихонов идет. Я его зову: «Вить, пошли». А он мне: «А пошел ты на...» Я ему: «Ты что, ошалел, что ли? Знаешь что, – говорю, – если бы я тренировал ЦСКА, а ты бы – Ижевск, я бы вообще сюда на игру не приехал. Я бы просто приказал выиграть 10:0, они бы и выиграли. А если с меньшим счетом, то устроил бы команде две тренировки на ночь». Можете так и написать, был факт такого разговора».

Виновен ли Тихонов в смерти Харламова? Станислав Гридасов разбирает популярный хоккейный миф

На Волге

После расставания с большим хоккеем 24-летний Роберт Черенков два года отработал учителем в московской школе № 358, а заодно поигрывал ради приработка в подмосковных командах класса «Б». Жили бедно, жили тесно – впятером, вместе с родителями и маленьким сыном, в одной комнате коммунальной квартиры. Тогда в жизни семьи Черенковых и появился Саратов. Во-первых, у мамы Ларисы Геннадьевны был свой домик – пусть небольшой, но это решало жилищную проблему. А во-вторых, тренер саратовского «Авангарда» Анатолий Гаврилин предложил Черенкову капитанскую повязку и трудовое оформление мастером холодильных установок. Лариса Геннадьевна стала преподавать в саратовском педагогическом институте.

В том же «почтовом ящике № 205» уже год трудился, играя за «Авангард», молодой нападающий Борис Михайлов. И хотя сам завод, работавший на «мирный советский космос», вырос в одно из крупнейших городских предприятий, к хоккею отношение в нем было как в холодильнике – замороженное. Жена одного из хоккеистов «Авангарда» тех лет рассказывала мне, что часто недоедающий Михайлов ходил к ним в гости на домашний борщ: платили игрокам мало, едва хватало на еду. Это была настоящая заводская команда класса «Б», без серьезных амбиций и возможностей. Наполовину она состояла из хоккеистов, списанных из более сильных клубов, часто за пьянство. Другую половину составляла молодежь, в основном московская. Черенков был в этом составе единственным, кто играл на высшем уровне. «Наверное, нескромно хвалить себя, но в «Авангарде» я действительно выделялся, – рассказывал он. – Болельщики, когда я ложился под бросок, шутили: наверное, поддавши играет, разве трезвый будет под шайбу подставляться?»


Нападающий саратовского «Авангарда» Борис Петрович Михайлов на отдыхе в Хосте

Поддавали в том «Авангарде» так крепко, что вскоре тренер Гаврилин будет уволен, а вместо него играющим тренером – всего-то в 27 лет – станет Черенков. В команде не хватало самого элементарного инвентаря. «Мы с Ларисой колесили по Саратову по ее знакомым – собирали для хоккеистов спортивные тапочки. Клюшек явно не хватало, и мне приходилось опустошать свою коллекцию, которую собирал много лет. Бывало, прихожу домой, беру охапку клюшек, а Лариса говорит: ну что же ты, оставь сыну. Однако куда деваться», – вспоминал Черенков.

В первый же совместный сезон Роберта Черенкова и Бориса Михайлова «Авангарду» не хватит всего одного очка, чтобы попасть в финальный турнир команд класса «Б».

Через 10 лет, в 1974-м, когда саратовский «Кристалл» впервые выйдет в высшую лигу, от прежнего боевого, но полулюбительского «Авангарда» не останется и следа. Молодому тренеру Черенкову удастся не только создать сильную команду, но и в корне изменить отношение города к хоккею. У «Кристалла», перешедшего под управление завода «Тантал» и его директора Георгия Умнова, появится свой крытый Ледовый дворец – один из лучших в СССР, при команде – детская школа, которая в первом же выпуске вырастит несколько человек для молодежной сборной страны.

«Практически я первый в нашем хоккее ввел систему профессиональных контрактов. Понятно, что они не соответствовали законам СССР, но иначе тогда оформить это было невозможно. Перед каждым сезоном каждый игрок расписывался на бумаге, в которой было прописано все до мелочей. Такая-то премия за победу, такая-то – за ничью. Стопроцентное лишение премии за нарушение спортивного режима. Вычитали из премий «простудные», если хоккеист проявил непрофессионализм, безалаберность и, к примеру, вышел из горячего душа да сразу на мороз и заболел, – объяснял нам Черенков. – Помню, как пришли ко мне жены трех игроков – жаловаться, что их семей лишили премий. Я им показал бумагу: видите подписи ваших мужей? Это общие правила для всех, и они сознательно пошли на их нарушение.

Помню еще, как стоит на улице покойный Куликов, вратарь, и смотрит, как мимо машина проезжает. «Вот, – говорит, – Роберт Дмитриевич, мои штрафы проехали».

С машинами, квартирами мы тоже помогали, такая была у меня система: многое давать, но и многое спрашивать.

Я никуда не собирался уезжать из Саратова, работал с молодежью, очень хотел с «Кристаллом» не только войти в высшую лигу, но и остаться в ней, но в 1970-е годы это было практически невозможно сделать. На наши успехи обратили внимание, за командой постоянно следовали «гонцы», высматривали подготовленную нами молодежь, а потом увозили в клубы высшей лиги. Я понимал, что ничего изменить нельзя. Играй мы постоянно в высшей лиге, тогда бы отток, конечно, стал меньше». (В начале 1970-х годов высшая лига состояла всего из 9 команд, в середине расширилась до 10.)

В 1980-е, после «Спартака» и «Ижстали», Черенков еще вернется в Саратов, но вскоре окончательно переберется в Москву, где сначала будет работать главным тренером молодежной сборной, а в 1991-м, в развал Союза, Тихонов позовет его помочь с первой командой – и в тренировочной работе «на земле», и во всех административных вопросах; вместе они выиграют Олимпиаду в Альбервилле. Однако для Саратова Роберт Черенков навсегда останется человеком, который создал в нашем городе хоккей.


Олимпиада-1992 в Альбервилле. Андрей Хомутов, Жан Мартине (президент клуба «Фрибур-Готтерон»), Виктор Тихонов, Роберт Черенков, Игорь Дмитриев, Вячеслав Быков

Роберт Дмитриевич Черенков

Родился 28 февраля 1937 года.

Воспитанник ЦДСА. Защитник. Играл за московские «Буревестник» (1956/57, 1957/58) и «Динамо» (1958/59–1960/61), «Химик» из Щелкова (1961/62), «Труд» из Подольска (1962/63), саратовский «Авангард» (1963/64, 1964/65). Серебряный призер чемпионатов СССР 1959 и 1960 годов.

Во второй половине сезона-1963/64 стал играющим старшим тренером «Авангарда». С сезона-1965/66 по 1976/77 был старшим тренером саратовской команды (с полугодичным перерывом). В 1976 году был вторым тренером экспериментальной сборной СССР на первом Кубке Канады. В сезоне-1977/78 возглавил московский «Спартак», был отправлен в отставку в декабре 1978 года. Работал главным тренером ижевской «Ижстали» (1979/80–1982/83). Вернулся в Саратов в январе 1983 года в роли тренера-консультанта. Главный тренер «Кристалла» в сезонах – 1983/84, 1984/85 (первая половина), во второй половине сезона-1986/87 тренер-консультант.

Главный тренер молодежной сборной СССР на чемпионатах мира – 1989 (золото), 1990 (серебро), 1991 (серебро). Начальник команды сборной СНГ – олимпийского чемпиона 1992 года. Работал вице-президентом Федерации хоккея СССР и главой тренерского совета (1990–1992). Основатель и президент Межнациональной хоккейной лиги (1992–1996). Во второй половине 1990‑х заведовал кафедрой хоккея РГУФК. Кандидат педагогических наук. Заслуженный тренер СССР.

20 лет – основа, 22 – сборная СССР, 28 – грузчик в магазине. Вратарь «Динамо» 70-х, которого выкинули из хоккея, а он играет и после 60

«Вышли в финал, но матч вдруг перенесли: Брежнев умер, надо не играть, а скорбеть». Советский хоккей 80-х и НХЛ 90-х глазами защитника сборной

«Красную машину» придумали задолго до Тихонова и Ротенберга. Кто создал этот бренд и что он означает?

«Кристальные люди: Записки о советском хоккее, сделанные с любовью саратовским мальчиком, мечтавшим стать вратарем и играть как Третьяк или Мышкин: 1947–2017». М.: 5 Рим, 2018

Автор книги – Станислав Гридасов, известный спортивный журналист, основатель сайта Sports.ru, бывший главный редактор журнала PROспорт.

Купить книгу «Кристальные люди» (подарочный вариант, 1136 страниц, альбомный формат, больше 1000 уникальных иллюстраций), можно, связавшись с автором: Telegram, facebook, VK, Instagram, twitter.

Подписаться на telegram-канал «Гридасов с бородой»

Все фотографии из книги «Кристальные люди»: архив семьи Черенковых, архив Станислава Гридасова, архив Николая Карповича, архив братьев Орловых, МИА «РОССИЯ СЕГОДНЯ», Сергей Колганов.

Ностальгическая глава из книги «Кристальные люди». Читает автор

Фото: из архивов автора и Роберта Черенкова

0 комментариев
Написать комментарий
Другие новости хоккея

Партнёры клуба